Право на личный герб в современной России (введение в проблему)

Геральдика сегодня

 

Право на личный герб в современной России вызывает к жизни столь противоречивые ответы, что, может быть, самым убедительным ответом окажется краткий аннотированный обзор существующих мнений. Итак…

Многие считают, что это право существует, регулируется традициями и гербоведческими правилами. При этом часть сторонников этого воззрения основывает свои взгляды на том, что личные гербы существовали в России до большевистского переворота, а пренебрежение ими при советской власти вообще не должно приниматься во внимание, ибо это была власть варварская и разбойная.

Такая позиция вообще несерьезна: она либо нереалистична, либо лицемерна, либо — и то, и другое. Хотим мы того или не хотим, считаем ли «красный режим» преступным или нет, но Российская Федерация наших дней прямо преемственна к этому режиму, и это как раз тот случай, когда нельзя быть свободным от среды, живя в ней.

Ничем не лучше и позиция отрицания всего, что не советское, призыв строить «новую», «чуждую феодальной чуши» личную геральдику.

Совершенно другая позиция — у тех, кто считает, что право на герб есть факт международных правовых традиций, и, если они не запрещены в Российской Федерации (как были, скажем, запрещены в якобинской Франции), значит, они могут существовать. В том числе и как объекты права: ведь герб, не являющийся объектом права, это не герб, а по крайней мере красивая — и то не всегда — картинка, всего лишь стилизованная под герб.

Эта позиция выражает то понимание геральдики, которое господствовало веками. Очевидно, что отрицать этот взгляд можно лишь тогда, когда вместе с ним отрицается и вся традиционная геральдика.

Еще одна концепция (не противоречащая предыдущей, но и не связанная с ней твердо) предлагает считать право на герб, установленное в Российской Империи, сохраняющимся в Российской Федерации. Сторонники этого воззрения считают, что личные гербы в России никто не отменял. Были отменены сословия и звания. Но самый что ни на есть дворянский герб был не только сословным атрибутом; он был также принадлежностью определенного семейства, фамильным достоянием. В этом качестве он оставался неотмененным. Раз нет отмены — значит, право должно сохраняться, учитываться и уважаться, даже если нынешние российские нормативные акты и набрали в рот воды по этому поводу: недаром Конституция Российской Федерации объявляет Россию «правовым государством»; эта затверженная формулировка, помимо шумного звучания, имеет конкретный позитивный смысл и выражает, в частности, приоритет права над лакунами законодательства. Наконец, раз сохраняется право на личные гербы, утвердившиеся до революции, то, значит, существует личная геральдика как некая система; следовательно, возможно ее развитие, создание новых гербов и т.п.

Этот взгляд нельзя не поддержать полностью; с той оговоркой, что вопрос о том, как должна развиваться геральдика, исходя из контекста традиции, — этот вопрос сам по себе спорен, и многие решают его по-разному. Но об этом — несколько слов ниже.

У описанного чуть выше воззрения есть «радикальная версия»: некоторые геральдисты провозглашают геральдику Российской Федерации полной и официальной преемницей геральдики Российской Империи, а все принятые в Империи на этот счет акты и правила — сохранившими силу, кроме тех случаев, когда тот или иной акт прямо отменялся последующими властями. Любопытно, что этот взгляд поддерживает высшая геральдическая инстанция в России — Геральдический совет при Президенте Российской Федерации. Насколько известно, в десятке (не меньше) экспертных заключений Геральдического совета выражается именно эта идея, по крайней мере — применительно к геральдике земель и городов; но ведь к личной геральдике она приложима ничуть не менее! То, что узаконенные до революции личные гербы тоже сохраняют статус официальных символов, — это позиция Государственного герольдмейстера, то есть председателя Геральдического совета при Президенте Российской Федерации, озвученная в СМИ.

Комментировать суждение такой высокой инстанции, как Геральдический совет, здесь не станем. Скажем лишь, что ссылка на преемство Российской Федерации по отношению к Империи противоречит всем советским традициям, ведь нежелание большевиков платить «царские долги» оправдывалось тем, что они якобы не наследуют у Империи ничего. Но на самом деле часть долгов пришлось все-таки выплатить, а часть формально списать, так что сегодня большевистская риторика «отсутствия преемства» лишена всякого смысла, и расставаться с ней не жалко.

Иные же считают право на герб, установленное в Российской Империи, сохраняющимся, но не в юрисдикции Российской Федерации, а в той «маргинальной» сфере международного права, которое, как некий реликт, реально остается от Империи. Эта точка зрения может быть развита в том смысле, что старый русский дворянский герб должен рассматриваться в Российской Федерации так же, как и законный иностранный (фактически это на сегодняшний день не значит ничего, но с развитием правовой системы Российской Федерации может оказаться актуально). Или же можно совместить эту позицию с некоторыми из предыдущих и считать, что старый русский герб как объект права «разделился» и существует в одном качестве в юрисдикции Российской Федерации, в другом — в «пост-Имперском правовом пространстве». Спорить тут не с чем; да только поставленного вопроса это касается, как кажется, довольно мало.

Есть и взгляд, согласно которому в Российской Федерации существует — в плане личной геральдики — начисто «выжженное» поле, и можно делать все что хочется, исходя из неких «общеевропейских», «общегеральдических» норм. Утверждается: никаких правил и принципов современной российской геральдики не существует, а значит — и соблюдать нечего, кроме тех самых «общих» европейских правил и общих моральных норм.

Сторонники этой идеи, не лишенной, признаем, некоторого исторического резона, отбрасывают Россию в геральдический каменный век. Два с половиной века русской геральдики идет насмарку.

Представляется, что большинство сторонников этой идеи просто ленится: не хочет учиться, читать «нудного» классика русской геральдики Лакиера, копаться в архивах и пр. Многие не знают или же не хотят учесть, что никаких «общеевропейских общегеральдических норм» нет, европейской геральдики как единого целого не существует. Геральдические правила и обычаи — это свет, который преломляется по-разному в каждой из местных систем. Геральдика вообще не существует вне локальных правил, которые одни — в Дании, другие — на Мальте, третьи — в России.

Так что сплошь и рядом «строительство русской геральдики заново» оборачивается не вполне умелым импортом смеси канадских и немецких стереотипов. На что известные лично авторам канадцы и немцы обычно не умиляются, а удивляются — «где же Россия-то?!».

В самом деле: в европейские круги общения мы можем войти только как Россия — а не как непонятно кто. Заграница никак не ждет от нас, что мы будем копировать ее в геральдике, она ждет продолжения какой-то нашей собственной, российской геральдической традиции. Мне, к примеру, представляется абсолютно аморальным (хотя бы и безотносительно правовых соображений!) построение в России какой-либо новой геральдики, совершенно не связанной узами преемства с традициями «старой» российской геральдики. Думается, что отказываться от своего старого набора правил и подлаживаться под что-то чужое — это не цивилизованно и не по-европейски. Российской гербовой системе довелось сформироваться не менее уникальной, чем любая иная. Подходить к ней с иностранными мерками совершенно необходимо — но отнюдь не для измеренья, а только для сравнительного анализа.

Еще римляне говорили про парность «jus» и «fas» — про то, как дополняют друг друга право и приличия. Все споры вокруг геральдических проблем и права не отменяют того, что геральдические нормы, независимо от эффективности поддержки со стороны российской правоприменительной практики, должны быть чтимы и соблюдаемы хотя бы ради приличия.

Есть мнение, согласно которому личный герб не является объектом права в Российской Федерации. Почему? Потому что никаких законов и подзаконных актов Российской Федерации и ее субъектов, устанавливающих либо охраняющих герб в этом качестве, в правовой системе Российской Федерации нет.

Этот концепт поддерживается ныне рядом очень достойных людей. Но источник самого по себе концепта представляется малопочтенным.

Во-первых, подзаконные акты есть (приказ Министерства обороны, упоминающий личные гербы военнослужащих, или, скажем, правила регистрации личных гербов, вполне официально введенные в нескольких российских регионах).

Во-вторых, отказ признать в гербе объект права есть отражение одной из худших тенденций нашей правовой практики — нежелания заниматься трудными делами; и измышлен этот отказ не в среде добросовестных профессионалов, а «в простой приемной советской, где все могут быть сожжены» (по выражению Александра Блока); где низко-, но стабильно оплачиваемые чиновники всегда готовы «помочь» фразой: «Какие такие твои права, бабка? Иди, жуй пенсию». Если право есть, но не защищено буквой закона, что легче: отстаивать, доказывать его — или отрицать? Отрицать легче. Этот путь игнорирования проблем на сегодняшний день «так хорошо протоптан всякой скотиной, что и люди по нему ходят» (резкость этих слов касается не каких-либо определенных лиц, а той ситуации в целом, которая если чего и достойна, то только порицания). Есть на Руси, слава Богу, и юристы, видящие в сложностях не «кирпич» («запрещено!»), а вызов. Будем надеяться, со временем они станут больше влиять на общую картину. А пока…

Ссылки на отсутствие регулирующих гербовые материи российских законов неубедительны хотя бы потому, что геральдическая практика со своими «гербовыми обычаями» и «гербовым правом» старше и сложнее любых трактующих ее законов и указов; во многих странах мира она процветает, несмотря на лакуны в писаном праве, законодательстве.

Геральдика с ее системой принципов и правил как раз на то и рассчитана, чтобы выживать в меняющемся мире. И ведь, слава Богу, восемь веков прожила, прыгая с почвы на почву — и в значительной мере именно потому, что сохраняла свои «правила игры». Так что перемена обстановки — не аргумент.

Есть также мнение, допускающее, что первоначальное понимание права на герб (каким оно складывалось веками и сохраняется во многих странах Европы и мира) должно быть в сегодняшней России переосмыслено в русле иных областей права (копирайт, авторское право и т. п.).

Это может быть и хорошо, но только… это уже не геральдика. Это попытка «подтянуть» здоровое под больное: попытка подтянуть культуру — под дефекты базы, хотя продуктивнее подтягивать несовершенную правовую базу под нужды геральдической культуры.

Источник вышеупомянутых попыток «переосмысления» понятен: неверие в эффективность и подвижность права. Но ведь — грустно! Зачем портиться самому, прогибаясь под порченый контекст? Тем более, что аргументы вроде «заменить устаревшее» легко опровержимы ссылкой на не очень-то устаревшие Европу и, скажем, Канаду, где тоже процветает собственная государственная геральдическая служба.

* * *

Часто говорят: в республике, в отличие от монархии, герб оказывается не более чем картинкой, перестает быть гербом.

Дело не в монархии: строй тут очень и очень мало при чем. Ведь личные гербы существовали и существуют не потому, что в них нуждается сословный строй (он и без них может процветать) или, тем более, монарх (зачем Императору герб дворян Zyх’овых?). В личных гербах нуждается натура человека, особенно же — европейского. Герб отражает деликатнейшую коллизию человеческой натуры: желание быть таким, как все, и не таким, как все; состояться и социально, но — и в качестве индивида. И герб выражает это в характерной европейской форме, с европейской склонностью к некоторой формализации и прямолинейности, справа упираясь в пафос, слева — в самоиронию.

И уж тем более дело не в республике.

Дело во всеобщем опрощении, культурном отуплении общества, в примитивизации теории и институтов права, в одноклеточном утилитаризме, выливающем с водой ребенка; в цивилизации, для которой все, что старше предпоследнего Windows, кажется заведомо неактуальным «старьем» или — в лучшем случае — забавным антиквариатом.

Сегодня эта зараза распространила свои метастазы в пределах и за пределами монархий. Думается, однако, что в качестве культурного феномена зараза эта лишком груба, чтобы возобладать.

Не лучше ли сделать ставку ставить на традиции? И вообще, уж лучше с ними — проиграть, чем выиграть — но путем интеграции в одноклеточность.

* * *

Наверняка в этом кратком обзоре мнений о перспективах личной геральдики России что-то упущено, однако некоторые основные типы и вехи намечены, и прочие мнения можно обозначить где-то между уже названными.

И в заключение:

Представим на секунду, что тезис о принципе несовместимости республиканского строя и пожалования личных гербов был бы верен. Что тогда? В каком-то смысле — ничего особенного. Если ситуация есть, ее можно изменить (чего не было в прошлом и нет в настоящем, может быть установлено завтра) и люди, заинтересованные в цивилизованном будущем отечественной геральдики, настаивали бы на том, чтобы «принцип несовместимости» был бы впервые побежден в России.

По счастью, в реальности этой несовместимости просто нет.

А значит, у России есть шанс пройти здесь вполне проторенной дорогой.

* * *

Опубликовано на сайте «Геральдика сегодня» 25.03.2004

© 2019 О гербах. Геральдика сегодня. (2001—)